TROMA: Последние из могикан — Перетрение

Надо признать, этот ролик уже давно назревал. У нас было достаточно материалов про эту киностудию, но только сейчас мы созрели до того, чтобы разложить по полочкам всю известную информацию о ней. 

Итак, фильмы студии Troma: ужасающая безвкусица или тонкая сатира?

Видеоверсия

Текстовая версия

Это не протертое пюре для младенцев. Это настоящая, калорийная еда. Большая пресса вроде Нью-Йорк Таймс освещает сплошной примитив, киношный бэби-фуд. А все потому, что людям здорово прочистили мозги. Но есть одна студия, вся деятельность которой направлена на обратное — показать людишкам, как они отупели.

Квентин Тарантино – поклонники этой студии, в чем признавался еще на пресс-конференции во время премьеры Грайндхауса. Питер Джексон, Элай Рот, Трей Паркер и Мэтт Стоун разделяют эту любовь к ней. Стэн Ли — хороший друг одного из основателей и не стесняется появляться в камео к ее фильмам. Японские и корейские мастера хоррора обожают ее, считая ее создателей пионерами и классиками кинематографа. Много больших звезд начинали у них карьеру – Сэмюел Джексон, Кевин Костнер, Винсент д”Онофрио.

Они начинали в 1974 году, не имея цента за душой. Но им удалось заинтересовать прессу, они смогли конкурировать. Удалось им это потому, что в тот момент еще не все кинотеатры были поглощены крупнейшими студиями и их филиалами, на тот момент медиаконгломераты еще не контролировали всю киноиндустрию. Власть не концентрировалась в одних руках. Но сейчас времена изменились. Крупнейшие махины вроде Time Warner, Viacom и Диснея подмяли под себя практически весь рынок. И только одна маленькая компания оказалась способна бороться с этой корпоративной машиной и оказать поддержку истинному хулиганству в кино. Знакомьтесь — Troma.

Как рассказал основатель студии Troma, Ллойд Кауфман, название Troma пошло из латыни и означает «отличное качество на целлулоиде», а еще Цезарь использовал это слово в войнах с галлами.

Разумеется, это название на самом деле значит ровным счетом нифига, а пришло оно в голову другому сооснователю студии — Майклу Херцу. В отличие от своего коллеги и друга Ллойда Кауфмана, Майкл Херц не любит появляться на публике. Во всех рекламных роликах студии Трома под псевдонимом «Майкл Херц» снимался не он, а 200-килограммовый актёр Джо Флайшейкер, звезда студии, светлая ему память.

Так вот — Troma сейчас является прямым потомком и представителем более чем 90-ти летней истории эксплуатационного кино, а также трэш-кинематографа. По сути, Troma – это сосуд, который хранит традиции трэша и китча, даром что сам Кауфман свою причастность к трэшу отрицает, помещая в эту нишу скорее все голливудское.

Сами Трома сделали около сотни фильмов, а еще около 800 — выкупили. Они также имеют в своей библиотеке примерно 400 классических фильмов Голливуда 30-40-х годов, включая нуар, фильмы с Гарольдом Ллойдом (а это актер практически уровня Чарли Чаплина), первый фильм Дастина Хоффмана. Они очень преуспели в том, чтобы постоянно терять деньги на этой коллекции. Кстати, как вы думаете, что общего между Тромой и аниме «Мой сосед Тоторо»? То, что дистрибьютором последнего в Америке была дочерняя компания Тромы, 50th Street Films!

Они скромные ребята, не заносчивые. Как говорит Кауфман, у них есть превосходный офис из стекла и стали, обставленный везде аквариумами с редкими рыбкам. Но он опять соврал. Конечно, ничего этого у них нет. Ничего, кроме большой любви к кино. И взаимной любви фанатов.
Troma — это брэнд. Даже в России у студии Каймана и Херца есть свои поклонники. Когда Кауфман приезжал в Россию, люди просили ставить автограф на пиратских кассетах с их фильмами, по два на кассете, а с 2003 года у них появился легальный дистрибютор в лице фирмы «Кармен», купившей права на издание множества нашумевших фильмов студии.

Они сами прокатывают свое кино. В 80-е годы они показывали фильмы в 25-30 кинотеатрах Нью-Йорка, но сейчас все точки монополизированы и крутят там только голливудское кино по долгосрочным контрактам. Независимое кино практически негде показывать.
В 2017 году студия Troma отметила свою 40-ю годовщину и теперь – это официально признанная старейшая независимая кинокомпания в мире. Но с чего они начинали и через какие тернии прошли? Давайте посмотрим.

Основатели студии Ллойд Кауфман и Майкл Херц, впервые встретились в 1968 году, когда они вместе учились в одном колледже. Именно там Кауфман впервые увлекся кино, благодаря своим соседям по комнате, которые оказались киноманами. Уже скоро Кауфман снял свой первый короткометражный фильм, «Девушка, которая вернулась», в котором одну из ролей сыграл Майкл Херц.

Вскоре после окончания колледжа, Кауфман поступил на работу в CannonCorp, в роли младшего помощника. Работая там, Кауфман подружился с Джоном Эвильдсеном, который много позже получит Оскар за Рокки и создаст серию «Карате-пацан».

Ну а пока Кауфман стал работать производственным ассистентом в дебютных фильмах Авильдсена «Джо» и «Плачущий дядя», а также снялся в одной из крошечных ролей. В 1971 Ллойд снял «Битву за возвращение любви» — фильм, который он сейчас описывает как «скучный, так как в нем нет никакого секса или насилия». Но знаете, кто был одним из сопродюсеров фильма? Оливер Стоун, друг детства Кауфмана! То есть, вы понимаете, да? Благодаря Ллойду Стоун попал в кино. Оливер Стоун, давший миру “Лицо со шрамом”, “Взвод”, “Прирожденные убийцы”, “Интервью с Путиным”… (сдавленный кашель)

Херц, увидев имя Кауфмана в титрах «Плачущего дяди», связался с ним и попросил взять его в кино. Ллойд согласился и позвал его работать собой на фильм «Сахарное печенье», пародийный триллер о мести злобному продюсеру за убийство одной из актрис прямо во время съемок. Фильм снимался по сценарию Кауфмана и Теодора Гершуни на деньги Кауфмана, однако он, неуверенный еще в своих режиссерских способностях, позволил режиссировать своему партнеру по этому фильму Теодору Гершуни. Однако фильм провалился в прокате и тогда команда взялась за новый фильм.

Комедия «Большой Гас, в чем дело?» снималась в Израиле и была нацелена на еврейскую аудиторию, благо что сам Кауфман также был евреем. Авторы думали, что это будет хит, не в последнюю очередь после уговоров Эми Артци, который и предложил идею фильма, но… нет. В итоге эта лента провалилась по всем фронтам и способствовало этому не только качество картины, но и начавшаяся в тот момент Израильская война.

После этого провала Кауман не сдался, отказался от сотрудничества с Гершуни и Артци и вместе с Херцем открыл офис с целью основать компанию в партнерстве с ним. Компанию решили назвать просто и незатейливо — Трома. И нет, это не акроним для фразы «Tits R Our Main Asset» (Титьками Располагаем в Очень Масштабном Количестве). Да, такого слова нет, но и что с того? Мало того, что подобное название никто из других компаний не зарегистрировал по понятным причинам, так еще и в будущем можно было придумать красивую легенду с латинским происхождением слова!

Кауфман и Херц стали изучать специфику работы дистрибьюторами. Первым фильмом, который появился в их каталоге стал фильм «Кровососущие уроды» Джоэля Рида, который описывали как “самый безвкусный и отталкивающий фильм всех времен”, а также “самый противоречивый фильм всех времен”.

Это низкобюджетный фильм ужасов, в котором сочетается насилие, юмор и секс. Среди прочих извращений там были пытки электрошоком, сексуальные увечья, люди в качестве мебели, прочистка мозгов, каннибализм, операции на находящихся в сознании пациентах, люди в качестве доски для метания дротиков, расчленения, обезглавливания, секс с отрезанной головой, вырывание зубов, балет-стриптиз, сопряженный с убийством, а один из главных героев вообще раньше снимался в порнухе с умилительным названием The Anal Dwarf, а уже много позже пошел играть эвока в Возвращении джедая.

Студия решила сжульничать и доставляла экземпляры фильма в кинотеатры, собственноручно присвоив им прокатный рейтинг R. Но когда одна женщина пожаловалась на это властям, обман вскрылся, и студию оштрафовали.

Никому не нужный фильмец сомнительной художественной ценности благодаря нашим знакомым стал приносить хоть какую-то прибыль, что позволило им постепенно расширять каталог.

Но так как денег не хватало, Кауфман сначала начал подрабатывать то там, то здесь, а потом пошел работать в мейнстримовый Голливуд – благодаря связям с Авильдсеном. Он работал в производстве фильмов «Рокки», монтировали который на оборудовании Тромы, кстати, «Лихорадка субботней ночью», «Мой обед с Андре» и «Последний отсчет», который ему еще угорозадило и продюсировать. Именно после него Ллойд все проклял и решил больше никогда не связываться с Голливудом.

Подняв денег на этой работенке, Ллойд опять стал их тратить на съемки фильмов. Первые фильмы представляли собой “сексуальные комедии” – «Сквиз», «Официантка», «Прилип к тебе» и «Первое возбуждение», которые ввиду своей тематики также приносили доход разной степени величины, да и вообще являлись эдакими предтечами Американского Пирога (но это не точно).

В 1982 году Майкл Херц наткнулся на заголовок в журнале «Вараити», который гласил, что “Хоррор-фильм мертв”. Ллойд и Майкл это восприняли как вызов и решили сделать фильм ужасов. То, что у них вышло в итоге, стало столь мощным достоянием студии, что в итоге ее даже скоро включат (если вы это читаете позже 2018 года, то уже включили) в библиотеку Конгресса. Это «Токсичный Мститель».

Полноценный релиз фильма состоялся 11 апреля 1986 года. Трагикомичная история превращения придурка-полотера Мелвина в отважного и довольно страшного супергероя Токси полна фарса и чернушного юмора. Однако несмотря на то, что в фильме обычным делом является убийство детей, старух и животных, а также издевательство над инвалидами, изнасилование, членовредительство в промышленных масштабах, смотреть его весело и приятно.

На то время, это был самый успешный фильм Tromы – после премьеры, он только в одном Нью-Йорке показывался в течении полугода. Даже критики оценили едкую сатиру на современное общество и дали, по большей части, положительные оценки. Позже, в период с 1989 по 2001 год в свет вышли еще несколько продолжений разной степени удачности, а также мультсериал «Токсичные крестоносцы», который был довольно успешным на волне популярности на мутантов и антропоморфных созданий. А еще были игрушки, ради которых мульт и затевался, мюзикл, игра по мотивам и комикс. К слову, Трома именно благодаря «Токсичным крестоносцам» начала делать игрушки и первый, да и последний, раз в своей истории была на грани прорыва в мейнстрим.

Самое заманчивое предложение поступило от бывшей независимой киностудии, New Line CInema, которая уже имела опыт с парой фильмов про Ниндзя-черепах. Однако Троме не получилось войти в мейнстрим, т.к. New Line заключенный c Тромой контракт о съемке супер-блокбастера New Line не выполнила. Причина была проста. Контракт нужен был лишь как средство для получения прав на третий фильм про Черепашек и подушка безопасности в случае, если лицензию таки не дадут. Но ее дали и Токси просто стал никому не нужен. Особенно после провала самих Черепах. Трома в итоге подала в суд на компанию и даже выиграла, но путь в мейнстрим ей был закрыт окончательно.

В апреля 1986 отгремела на весь мир Чернобыльская катастрофа. Началась паника из-за того, что чернобыльская пыль двинулась в сторону Европы. Люди перестали есть мясо и пить молоко из Восточной Европы. А в мае 1986 года на кинофестивале в Каннах Трома показывали новую картину — «Атомная школа» о том, как на атомной станции в Нью-Джерси обнаружена утечка радиоактивного вещества, но глава станции отказывается закрыть реактор для починки. Радиоактивные отходы проникают на территорию школы Тромавилля, находящейся неподалеку. Постепенно многие ученики школы начинают превращаться в мутантов…

Фильм Кауфмана изначально преследовал лишь цель сыграть на популярности ленты “Класс 1984”, из-за чего даже поменяли название, но ненароком фильм вышел пророческий. На волне успеха Трома сделала вторую и третью часть, а недавно – еще и перезагрузку.

Нагрянула волна видеокассет. Выпуск фильмов на видео стал одним из самых прибыльных бизнесов для независимых компаний – с магазинов и видеопрокатов жадные до зрелищ зрители сметали все. «Ядерная высшая школа» стала вторым после «Токсичного Мстителя» самым продаваемым фильмом Tromа.

После этого Troma продолжила расширяться, выпустив такие фильмы как «Война Тромы» — самую крупнобюджетную картину для студии в те годы, повествующую о борьбе горстки неудачников с террористами и «Сержант Кабукимэн, полиция Нью-Йорка», о полицейском, ставшем нелепым супергероем, а также приобрела права на многочисленные независимые фильмы, которые студия выпускала под своим крылом.

Именно Сержант Кабукимен подарил студии не только второго самого популярного маскота, но и фирменный кадр с переворачивающейся машиной, который после использовали по поводу и без в каждом втором фильме студии — ведь чего добру пропадать.

В конце девяностых Troma перешла от производства фильмов, отсылающих к традиции фильмов класса Б, к фильмам, более связанными с традицией самого обычного трэша. Этот переход был связан с изменением статуса компании. Ко второй половине 90-х Troma обладала уже устоявшимся брэндом – название студии стало узнаваемо во всем мире, фанаты фильмов стали исчисляться миллионами, а каталог лент стал насчитывать более 300 фильмов. Кауфман нашел свою верную аудиторию, что позволило ему наконец-то снимать то кино, которое он хотел делать, не тратя силы на борьбу с рейтинговыми комиссиями, кинотеатрами и всем остальным.

Компания нашла правильную схему работы – с собственным подразделением, выпускающим фильмы на видео (Troma Team Video), студия может напрямую достичь своего зрителя, а с недавних пор — еще и стриминговый сервис TromaNow, который за 5 долларов в месяц дает доступ к огромной и постоянно пополняющейся библиотеке фильмов, эксклюзивным шоу и подкастам, а также бонусным материалам. Главные студии в 90-е: «Тромео и Джульетта», за которую отвечал будующий постановщик «Стражей Галактики» Джеймс Ганн, «Беспредельный террор» и «Гражданин Токси – Токсичный Мститель IV», который признается некоторыми критиками едва ли не лучшим фильмом во всей франшизе.

В январе 2002 Ллойд Кауфман основал ежегодный фестиваль независимого кино Тромаденс (как ответ нелюбимому им Санденсу), призванный «вернуть независимое кино народу», — единственный кинофестиваль, где фильмы берутся на конкурс бесплатно, а посетители не платят за вход. На британском канале Channel 4 у студии даже появилось собственное ТВ-шоу, Troma`s Edge TV, которое, впрочем, продержалось недолго.

Помимо этого, Ллойд написал уже семь книг о кинопроизводстве и ведет свои курсы для начинающих режиссеров, однако их также в упор игнорируют СМИ, не освещая их выход.
В сентябре 2008 года появился мюзикл The Toxic Avenger. В 2009 году Даренн Линн Боусман, один из режиссеров франшизы Пила сделал ремейк «Дня матери», одного из старых фильмов студии.
C 2011 года студия активно поддерживает творческое объединение канадских режиссеров Астрон-6, которые уже выпустили очень клевого «Мэнборга», «День Отца» и «Монтажера».

В 2013 Кауфман появился в эпизоде Angry Video Game Nerd, поиграв в игру по мотивам своего же творения — Toxic Crusaders на разных консолях, плюс у него взял интервью сам Джеймс Рольф, создатель шоу. В том же году состоялась премьера пока что главного из последних проектов Тромы — перезагрузка Атомной Школы в нескольких частях, которая даже получила благосклонные отзывы критиков.

Но это все история, а что же про саму художественную ценность фильмов, характерный почерк? Его можно изложить тезисно:

1. Действие большинства фильмов происходит в вымышленном городе Тромавилль. Это обиженная судьбой глухомань, воплощение провинциальной, типичной Америки… В нем живут люди, которым не нужны ни Хиллари Клинтон, ни Дональд Трамп в качестве советчиков и указчиков. Но время от времени они становятся жертвами разных элитных образований – Конгресса, местных бюрократов, профсоюзов, корпораций. Чтобы с элитами бороться, нужен Токсический мститель или Сержант Кабукимэн. Иногда, как в фильме «Война Тромы», сражаться с террористами, присланными элитой, выходят простые граждане. Они всегда занимают сторону обиженных, обделенных и эксплуатируемых.

2. В их фильмах важны нюансы, подтекст. Вот в «Токсическом мстителе» одинокого героя до конца его схватки с истеблишментом поддерживают только его мать, геи и маленькие дети. Остальные его ненавидят, и только в финале осознают, что он хороший парень.

3. Фильмы Тромы часто содержат очень экстремальные вещи. В мире Тромы ничего не является табу, например в «Тромео и Джульетте» есть прокалывание соска, расчленение, порно с отсылочками к Шекспиру, секс по телефону, лесбийский секс, мастурбация, пердёж, размазанные по стене мозги и, как вишенка на торте, инцест.

4. Фильмы в каталоге Тромы часто характеризуются чрезвычайно низкими бюджетами, очень примитивными, неряшливыми техническими решениями (чего только стоит высовывающийся микрофон в сценах Сержанта Кабукимена) и перегирыванием актеров.

Сейчас Трома может делать очень многое бесплатно или очень дешево, так как студия тратит на фильмы меньше, чем раньше. Многие актеры, звукорежиссеры, операторы, художники спецэффектов, осветители и другие члены команды часто работают бесплатно или очень за маленькие деньги – только чтобы поучаствовать в создании фильма от культовой студии.

Ллойд Кауфман рассказывал, что люди приезжают со всего мира, чтобы бесплатно работать в фильме Тромы. К ним приезжали за свой счет из Японии, Испании, Израиля, Англии и Франции. Им пришлось три месяца спать на полу, питаться только бутербродами с сыром и испражняться в бумажные пакеты – и все это ради радости делать фильм, в который они верят. Спецэффекты часто делаются с использованием подручных средств, а бюджета на прически Сандры Баллок в ее стандартном контракте составляет хватит тромавцам на то, чтобы снять пару новых фильмов.

5. Трома сами создают своих суперзвезд. Они не могут себе позволить использовать известных актеров, и создают своих звезд сами. Токсичный Мститель или Сержант Кабукимэн – такие же звезды, но для студии это дешево, потому что их может играть любой, кто наденет маску. Кинокомпания добилась такой степени узнаваемости своего брэнда на рынке, что зритель, идущий смотреть новый фильм Тромы – делает именно это, идет смотреть новый фильм Тромы – он может еще не знать названия самого фильма, но логотип Тромы однозначно опишет то, что он собирается увидеть.

Кинокомпания Трома снимает, продюсирует и распространяет в полном смысле независимого кино – как экономически, так и содержательно. Трома следует наперекор коммерческим тенденциям, снимая во времена моды на боевики комедии, делают шутку из серьезной темы, используют вульгарный юмор, эротику и софт-порно и чрезмерное, но карикатурное насилие, в том числе над животными и детьми.

Фильмы Ллойда Кауфмана — самая что ни на есть сатира, которая гораздо умнее и тоньше, чем может показаться на первый взгляд. Насилие и секс в фильмах Кауфмана – всегда, лишь карикатура на настоящие насилие и секс, а в основе фильма всегда лежат вполне актуальные темы — например, борьба с разжиревшей, прогнившей изнутри властью.

В фильмах Тромы всегда видно противостояние эстетствующих зануд и наплевавших на всё хулиганов. Глянем на ту же «Тромео и Джульетту». Лемми, участник группы Моторхед, пятистопным ямбом цитирует Шекспира. У Тромео есть коллекция порнухи с названием «Интерактивный шекспировский секс», в котором встречаются такие заголовки: «И ты сосешь», «Продавец члена» и «Как вы полижите его». Трагичная история любви переплетается с противостоянием панков и бандитов.

Киноиндустрия к началу 21-го века оказалась во власти малого количества гигантских конгломератов и транснациональных корпораций, владеющих киностудиями, кинотеатрами, им принадлежат телеканалы, радиостанции, выпускающие музыку лейблы, издательские дома, журналы, книги, газеты. Рейтинговые организации крайне субъективны в своих решениях и не дают необходимые для проката рейтинги, в то время как в мейнстримовых «Робокоп» и «Крепкий орешек», получивших нужный рейтинг, насилия может быть порой даже больше. Гигантские сети видеопрокатов (например, прокатная сеть Blockbuster, принадлежащий корпорации Viacom, принципиально не берут фильмы Тромы.

В таких условиях внутренней цензуры маленькие независимые киностудии вымерли одна за другой, или были приобретены крупными корпорациями (как Miramax сейчас принадлежит Disney, а New Line, начинавшая с дистрибьюции таких культовых «Розовые Фламинго» Джона Уотерса, принадлежит корпорации Time Warner). Troma – последние из могикан, маленький островок независимости в океане мейнстрима.

Бюджет одного из последних знаковых фильмов Ллойда Кауфмана «Токсичный Мститель IV: Гражданин Токси», снятого на 35 мм, — 350 тысяч долларов, а выстрелившей даже в России «Атаки куриных зомби» — 500 тысяч. Это экстремально маленькие бюджеты для фильмов, которые в действительности выглядят даже дороже. Но отбить даже такой маленький бюджет, а тем более добиться прибыли, для Тромы – очень непростая задача.

Ну и что же в итоге? За 25 лет Кауфман вместе с партнером Майклом Херцем построил студию Troma из ничего, — из мизерной компании, борющейся с многочисленными конкурентами за право высказаться, он сделал Трому студией с легендарным статусом последней выжившей независимой компании, бастионом независимости. Фильмы Кауфмана, игнорируемые и вызывающие насмешку интеллигенции, нашли отклик у молодого поколения, которые искали альтернативы коммерческому кино.

Troma повлияла на Оливера Стоуна, дала толчок карьере создателям Южного Парка, которые дебютировали с «Каннибал! Мюзикл», вдохновила Элая Рота. Мы не знаем, что в дальнейшем будет с Тромой. В каком направлении пойдет компания через 5, 10, 15 лет и доживет ли вообще. Мы не знаем, насколько ее наследие укорениться в дальнейшем.

Но сейчас, спустя более чем 40 лет, мы видим изрядно потрёпанную, но все еще крепко стоящую на ногах студию. Помимо издания собранного вручную независимого кино разного уровня из всех уголков Земли, Troma оказывает молодым режиссёрам ощутимую поддержку, играя роль площадки для эксперимента и гаранта того, что фильм найдёт пусть немногочисленную, но преданную аудиторию.